Мне было лет тринадцать-четырнадцать, когда мы с младшим братом привязались к своей бабуле.
-Бабушка, расскажи нам чего-нибудь необычного из своей жизни.
-Так я ведь вам уже многое рассказывала, — растерялась та, — уж всего и не упомню.
-А ты вспомни, бабушка, — наседали мы, — а то небо то сегодня такое звездное, спать, ну совсем, не хочется.
Бабушка посмотрела на нас, потом на небо, в котором висела большая, круглая луна, на сад, сияющий в ее свете, на ступеньки крыльца, на котором мы сидели после сытного ужина. И поднапряглась, видимо, думая о том, чего она нам еще не рассказывала.
В детстве это были сказки.
-Пошла я сегодня в лес посмотреть, не вылезли ли грибы после дождя. И вдруг вижу — лисичка мечется. Одной лапкой попала она между двух коряг и выбраться не может. Подошла я к рыжей плутовке и сказала, если она к нам в курятник ходить не будет, помогу я ей. Та присмирела, ну я лапку то ее и высвободила.
Иду обратно, а навстречу мне она и трое ее лисят. А в лапках у них ягоды для вас. Вот так рыжее семейство отблагодарило меня за доброту сердечную. Вы ешьте, ешьте ягодки — сладкие, спелые.
Вот так лисичка нам ягодки приносила, ежик — грибочки, белочки — орешки, а зайчики — капусту и морковку.
Чуть подросли, бабуля нам про свою жизнь рассказывать стала. Про предков наших, как жили они тяжело, много трудились. Про войну и как жизнь после войны налаживали. Про папку нашего, каким он в детстве был…
-Ну ладно, слушайте, — наконец, прервала молчание бабушка, — давно это было, я тогда молоденькой была, год, как школу закончила. У меня тогда подружка была, Марина, не разлей вода. С детства мы с ней дружили, с первого класса за одной партой сидели.
Я после школы в техникум, на бухгалтера, учиться уехала. А Марина в колхозе осталась, на ферму пошла. Окромя ее, в семье еще трое росли: мал-мала-меньше. Вот и решила она родителям своим подсобить, младшеньких на ноги поставить, а самой потом, на заочном отделении выучиться.
-Это та баба Марина, которая на краю села живет? — спросила я.
-Не, то другая. А подруга моя замуж за командировочного вышла, когда они новую ферму строить приехали. И укатила она с ним далеко, на Дальний Восток. Мы сначала переписывались с ней, открытки друг другу к праздникам присылали, а потом…Затерялась она. Однажды мое письмо обратно вернулось, не нашло своего адресата. И больше она мне не писала. Уж и не знаю, за здравие за нее молиться или за упокой, — перекрестилась бабушка.
-А в тот прекрасный летний день я дома была. На каникулы приехала. Днем на речке купалась, потом одежду свою после общежития отстирывала. В общаге то у нас постирочной не было, в тазиках стирали. А дома — целое корыто и воды вдосталь.
К вечеру все высохло, стала переглаживать. И тут стук в окно.
-Полина, ты сегодня в клуб собираешься? — слышу голос своей подруги.
-А как же, — я как раз вешала на плечики свое любимое нарядное платье.
-А я, если вовремя на дойке не управлюсь, в кино не попаду, — чуть не плача сказала она.
У нас по выходным сначала кино крутили, а потом танцы.
-Но если ты мне поможешь, то вдвоем мы быстрее управимся.
-А где тетя Нина? — спросила я.
-У нее малой, Павлик, затемпературил, не будет ее.
Я подошла к окну и взглянула на Марину. На ферму мне идти совсем не хотелось. Но на подругу было без слез не взглянешь, пожалела ее.
-Ну ладно, — сказала я, — платье уже готово, а остальное я завтра поглажу.
Надела на голову косынку, сунула ноги в резиновые сапоги, и мы пошли.
Со взрослыми коровами мы быстро справились, доить то я умела. Часто нас со школы на ферму, на подмогу взрослым, гоняли.
Но было еще несколько молодых телочек, которых надо было раздаивать. И вот, подхожу я к одной, а она мечется, в руки не дается. Я уж и так к ней и сяк, зернышка дала, она и успокоилась. Присела я на скамеечку, ведро подставила, взялась за вымя.
И вдруг она как замычит и ну копытом по ведру. Я вскочила, кинулась за ведром и под заднее копыто попала. Да так, что из глаз искры посыпались. Отлетела я в сторону. И темнота…
Открываю глаза, я за столом сижу, руки на стол положила, а на них голову. Ну, думаю, и сон мне приснился.
Огляделась вокруг и показалось мне, что в комнате как-то по иному все стало. Посуда по другому в буфете стоит. Шторки на окне другие. Даже платье мое, как будто голубого цвета было, а теперь синее.
И вдруг слышу стук в окно:
-Полина, ты сегодня в клуб собираешься?
-Нет, — отвечаю я Марине, — мне сейчас во сне приснилось, слушай…
И рассказываю ей все.
-А самое странное, что мне кажется, что не во сне это было, а наяву. Словно я в другом мире умерла, а в этом воскресла.
-Ой, Поль, не могу, — рассмеялась подруга, — и чему только вас в вашем техникуме учат? Белиберда какая то…
-Ну хорошо, пойдем, — согласилась я.
Вышли мы на улицу, я и говорю:
-Вот сейчас дед Василий из калитки выйдет. Спросит, как у нас дела. А потом про погоду расскажет, что с утра завтра дождик будет, а затем солнце выглянет. И что у него, перед дождем, всегда кости крутит.
Только я это произнесла, как поравнялись мы с домом деда Василия, а вот и он сам.
-Здорово, девоньки! Как ваши дела?
-Хорошо, — отвечаем хором.
-Это хорошо, когда все хорошо. А у меня вот все кости крутит. Так всегда, перед дождем, бывает. С утра завтра, значица, дождь. А потом ничего, разведрится, солнышко выйдет.
Марина посмотрела на меня с недоумением, а потом выдала:
-Ну, это легко угадать было. Дед Василь всегда про погоду рассказывает.
-Ну хорошо, — согласилась я, — возле колодца Петьку встретим. И он спросит у тебя, пойдешь ли ты сегодня на танцы. И посмотрит на тебя такими глазами, такими…
-Не может быть, — отрезала Марина, — он давно уже на меня такими глазами смотрит. Как пес мой, Кузьма…Как будто что-то сказать хочет, а не умеет.Так и из Петьки — двух слов не вытянешь. Ну, и где он? Никого возле колодца нет, пусто.
И тут из-за колодца появилась рыжая кудрявая голова. Петя шнурок завязывал, вот и присел на корточки, а теперь распрямился. Смотрит на Марину влюбленными глазами и молчит. А подружка торжествует, схватила меня за руку и пожала ладонь, вот, мол, права я была, молчит.
И тут Петька выдал:
-Марина, а ты сегодня на танцы придешь?
У той глаза круглые, сказать ничего не может, только головой кивнула.
-Ну ты, подруга, даешь, — с удивлением сказала Марина, когда немного пришла в себя, — договорилась с ним? Признавайся, договорилась?
-Да нет, — пожала я плечами, — говорю же тебе, со мной это все уже было. Сейчас с бабы Нюриного огорода мальчишки выскочат, а баба Нюра за ними с палкою будет гнаться.
Так все и вышло.
-Марин, давай к тете Нине зайдем, — попросила я подругу, — Зорька, кроме нее, никого не слушается. Зашибет она меня, а если ты под нее полезешь, то тебя зашибет. Я лучше с ее Павлушкой посижу, а она с тобой на дойку сходит.
Так мы и сделали. И все в тот вечер было хорошо. Петя Марину пошел с танцев провожать, только замуж она за него не пошла. А я с дедушкой с вашим познакомилась, он с дружками из соседнего села к нам на танцы приехал.
Вот что это было, до сих пор не пойму. Иногда вспоминаю и сама себе не верю. А ведь было, всю свою жизнь я этот случай забыть не могу.
Вот и я это рассказ бабушки забыть не могу. Сейчас говорят, что это сбой реальности. Якобы мы живем в нескольких параллельных реальностях, и они иногда могут пересекаться. И что когда человек в одной реальности умирает, то продолжает жить в другой реальности.
А вы что-нибудь об этом слышали?
